Отключат страну без единого выстрела: Запад раскрыл главную уязвимость России

Запад нашёл способ нанести удар без войны — через лекарства. Что означает новый список стратегических препаратов в России и почему это вопрос выживания.

На первый взгляд — обычное правительственное решение. Однако за сухой формулировкой скрывается куда более тревожный сигнал.

На совещании с вице-премьерами Михаил Мишустин утвердил новый перечень из 206 стратегически значимых лекарственных средств. В него вошли препараты для лечения онкологических, сердечно-сосудистых и неврологических заболеваний, вакцины, средства против особо опасных инфекций и препараты крови.

Но главное — не сам список, а то, что он означает.

Не путать с ЖНВЛП

Эксперты подчеркивают: перечень стратегически значимых лекарственных средств — это не то же самое, что ЖНВЛП. Последний нужен для регулирования цен и доступности лекарств, и включает в себя как российские, так и зарубежные препараты.

А вот стратегический список — это уже вопрос национальной безопасности. Речь идет о лекарствах, полный цикл производства которых должен находиться внутри страны.

«Таблетки вместо ракет»

По оценкам специалистов, зависимость от импортных лекарств может быть сопоставима с отключением электричества или прекращением поставок топлива.

Если критически важные препараты поступают из-за рубежа на 60–70%, достаточно остановить поставки — и последствия будут мгновенными: рост смертности, паника, социальное напряжение.

Фактически речь идет о сценарии, при котором страну можно дестабилизировать без единого выстрела.

Запад это понимает

В Европе уже открыто обсуждают фармацевтику как элемент обороны. Сразу 11 стран ЕС предложили включить жизненно важные лекарства в стратегию безопасности и финансировать их производство из оборонных фондов.

Иными словами, между снарядами и таблетками фактически поставили знак равенства.

Похожий подход действует и в США: защита цепочек поставок лекарств официально отнесена к вопросам национальной безопасности.

Россия ускоряется

Президент Владимир Путин утвердил стратегию развития здравоохранения до 2030 года. Ключевая цель — максимальная независимость от импорта.

• до 90% лекарств из перечня ЖНВЛП должны производиться в России;
• уровень технологической независимости — до 80%.

И это уже не просто планы. Если в начале 2000-х в стране практически не было собственного производства антибиотиков, то к 2024 году доля российских препаратов достигла 91,9% в натуральном выражении.

Новые заводы и деньги

Государство усиливает поддержку фармацевтики:

• компенсация затрат на клинические исследования;
• ставка на уникальные препараты мирового уровня;
• строительство новых производств и фармкластеров;
• ужесточение контроля госзакупок.

До 2030 года планируется запуск не менее десяти новых высокотехнологичных производств — от противоопухолевых до радиофармпрепаратов.

Сигнал очевиден

История с лекарствами выходит далеко за рамки медицины. Это уже вопрос устойчивости государства. И если раньше угрозы ассоциировались с оружием и санкциями, то теперь становится ясно: удар может прийти совсем с другой стороны — через обычные, казалось бы, таблетки.

Именно поэтому борьба за фармацевтическую независимость превращается в один из ключевых фронтов XXI века.

Ранее издание «ГОЛОС РЕГИОНОВ» писало о целом конвейере яда в России. Канцерогены и тяжёлые металлы в аптеках поставлены на поток.

О том, как секретный рецепт времён СССР стал вызовом всей западной фармацевтике, читайте здесь.

Фото: нейросеть по запросу медиахолдинга «Голос Регионов»

Оперативные новости в вашем мобильном: телеграм-канал «ПЕТЕРБУРГСКАЯ ПРЕССА»